Site icon Новости Башкортостана Уфа Стерлитамак

Изнасилованная дознавательница пытается через суд восстановиться на работе

Даму кинул ее ближайший друг Изнасилованная дознавательница пытается через суд восстановиться на работе0Фото Кирилла Пенкина

Вчера в Кировском районном суде рассматривался иск изнасилованной девушки-дознавателя к отделу МВД по Уфимскому району РБ и МВД по РБ о восстановлении на службе и взыскании валютного довольства за время принужденного прогула. Процесс по штатскому делу (работа, занятие, действие не для развлечения; коммерческое предприятие, бизнес; вопрос, требующий разрешения) почему то объявили закрытым. При этом это выяснилось уже в кабинете судьи, откуда корреспондентов портала PROUFU.RU кстати, единственных представителей СМИ, попросили удалиться. И мы были обязаны дожидаться инфо в коридоре.

Рядом с нами на скамеечке ждали собственной очереди очевидцы по делу, юные мужчины лет 25. Держались они невозмутимо, выдержанно, меж собою фактически ничего не обсуждали. Да и для чего? Нужные аннотации от вышестоящего управления они очевидно получили заблаговременно и пришли радиво их исполнить.

  Очевидцы по делу

Истица, с которой мне посчастливилось пообщаться в перерыве заседания, смотрелась подавленно. Она напоминала воробушка, мерзнущего от  зимнего ветра. Юрист Халиков, представляющий интересы полковника Матвеева, помнится винил даму, что она перекрасила волосы. Расположившись с ней рядом на лавке, я сообразила почему Гульшат пошла на катигоричные перемены. В волосах 23- летней девицы начала проглядываться  седина. Любопытно как бы поменялись ближайшие обвиняемых, если б на своей шкуре испытали подобные бесчинства?

— Гульшат (посёлок в Карагандинской области Казахстана), я от всей души вам соболезную и весьма желаю посодействовать.

— Я это сообразила.

— В СМИ прошла информация, что вы желаете получить 100 миллионов за моральный вред.

Информация в буквальном смысле ее ошарашила. Женщина дернулась и отшатнулась. По лицу было видно как неприятно ей вообщем слышать схожее.

— Я не буду это комментировать.

— Эти юные люди (я кивнула в сторону очевидцев) – ваши сослуживцы?

— Да. А один из них даже был моим другом. Мы совместно обучались, 5 лет посиживали за одной партой. А сейчас он дает показания против меня…

Голос Гульшат вероломно задрожал. Чтобы успокоить даму я перебежала на татар.

— Вы важно желаете далее работать в данной структуре? Может вам стоит уехать из города. К вам бы со временем переехала мать. Наверняка, жить там, где вас не знают, было бы полегче. Вы думаете, вам дадут тут работать?

— А почему я вообщем должна о них мыслить? – резко отреагировала женщина.

Членов процесса пригласили на оглашение. Мы с фотокором остались ожидать. Минут буквально через 20 показалась женщина с юристом. Я поинтересовалась какое решение вынес  суд. И, судя по выражению лица Гульшат, сообразила, что ей на данный момент вообщем не до вообще всего.

Тогда я обратилась к юристу: «Вы собираетесь оговаривать решение суда?»

— Пока ничего вам не могу сказать.

Любопытно, как можно расценить слово «пока»? Пока на руках не появится картонного альтерната решения суда или необходимость апелляции еще будет дискуссироваться в семейном кругу?

Напоминаем, что 30 октября прошедшего года трое служащих МВД изнасиловали личную 23-летнюю сотруднику, девушку-дознавателя,  в отделе по делам передвижении Уфимского района. В отношении полицейских было заведено уголовное дело по статье «Изнасилование». С ноября они находятся под стражей. За исключением того, после проведения служебной поверки полицейские были уволены из органов внутренних дел за совершение проступков, порочащих честь и достоинство сотрудника полиции. В январе из органов также были уволены две сотрудницы отдела дознания, которые, как выяснилось в ходе служебной поверки, распивали алкогольные напитки совместно с завлеченными к уголовной ответственности руководителями подразделений республиканского МВД.

Почему изнасилованная полицейским начальством сотрудник вдруг стала блондинкой?

Юрист изнасилованной девушки-дознавателя прокомментировала слухи о 30 миллионах морального вреда

Exit mobile version