Новости Башкортостана Уфа Стерлитамак Новостной портал Башкирии Уфы Стерлитамака
Сегодня абсолютно каждый второй ребенок в России рождается с теми или иными отклонениями. Мы проигрываем битву за здоровье нации еще до ее начала, но благо на передовой врачи-неонатологи, которые помогают выхаживать детей, даже помещающихся на ладошки. О страхах современных родителей, влиянии экологии и стресса, а также о том, насколько важны первые 200 дней жизни малыша ufa.aif.ru накануне Дня матери рассказала одна из лучших педиатров и специалистов в области абилитации в стране Файруза Латыпова.
Фото: Из личного архива Файрузы Латыповой
Глобальный вызов
Юлия Байджанова, ufa.aif.ru: — Как вы стали врачом-неонатологом и пришли к идее сотворения центра абилитации для предотвращения детской инвалидности «Любимый малыш»?
Файруза Латыпова: — Моя эпопея в неонатологии началась еще во времена учебы в медвузе, когда я впервые увидела, насколько хрупкой может быть жизнь новорожденного, в особенности если он родился раньше срока или с какими-то особенностями. Но это, в первую очередь, личная история — на 4 курсе родила дочь, у которой были трудности со здоровьем. И о ее будущем я услышала очень много противоречивых мнений от врачей разных специальностей. От «такие дети длительно не живут» до «ДЦП и умственная отсталость». Но встретила профессора, неонатолога Эльзу Ахмадееву, она по-доброму отнеслась к нам, обнадежила и посоветовала комплекс занятий. С тех пор я прочно связана с новорожденными. Эти малыши не могут сказать, что у них болит, но их организм порой орет о боли всем своим видом. Понимать этот язык, помогать, выхаживать — это стало моим призванием.
Мысль нашего центра абилитации родилась из ежедневной практики. Я видела две главные проблемы: во-первых, нехватку спец аппаратуры для выхаживания в роддомах, а во-вторых, ту самую «терапевтическую паузу» после выписки, в которую предки погружались, оставшись один на один с диагнозом ребенка, страхами и вопросами. Хотя именно первые 200 дней жизни малыша очень важны, это именно тот период, когда можно предупредить инвалидность и дать шансу новому человеку расти здоровым и всеполноценным. Государственная система абилитации часто включается с опозданием, когда первичные, самые пластичные периоды совершенствования мозга уже упущены. Мы поняли, что необходимо создать систему, которая начинает работать с ребенком с первых дней, предотвращая совершенствование тяжелых форм инвалидности. Это не было мечтой. Это было острой необходимостью, которая сегодня подтверждена сотками историй наших подопечных.
Фото: Из личного архива Файрузы Латыповой
— Сегодня фактически каждый второй новорожденный имеет свои болячки, отклонения, патологии. Можно ли говорить, что мы живем в эру «особенных детей».
— К сожалению, это правда, подтвержденная статистикой. Примерно 70% детей имеют те или другие отклонения, проблемы со здоровьем. Причин несколько, и они комплексные. С одной стороны улучшилась диагностика. Мы научились созидать то, что раньше просто не замечали. Также развивается репродуктивная медицина. Благодаря ЭКО и другим технологиям мы получили вероятность вынашивать детей, которые раньше просто не смогли бы родиться. Но эти беременности часто сопряжены с рисками. Оказывают влияние, конечно, и экология, стресс, образ жизни родителей. Это глобальный вызов современности.
Но главный фактор — мы научились выхаживать самых сложных детей. Еще 15-20 лет назад дети с экстремально низкой массой тела (500-700 грамм) просто не выживали. Сегодня они живут, и наша задачка — сделать так, чтобы они жили полноценно. Так что да, мы живем в эпоху, когда все больше детей требуют к себе особенного внимания, и наша миссия — заложить фундамент их полноценной здоровой жизни.
Самый большой ужас — «с моим ребенком что-то не так, он никогда не будет таким, как все». — АиФ
Учим детей жить
— С какими самыми немаленькими мифами или страхами родителей недоношенных детей вам приходится сталкиваться? Что бы вы хотели сказать им в первую очередь?
— Самый большой ужас — «с моим ребенком что-то не так, он никогда не будет таким, как все». Родители боятся грядущего, боятся инвалидных колясок, аппаратов ИВЛ, зондов. Им кажется, что этот старт навсегда определит жизнь их малыша.
Я хочу сказать им: «Ваш ребенок проделал огромный путь, чтобы жить, и он борец. Вы сейчас в обстановке, которую не выбирали, но у вас есть сила, которую вы даже не подозреваете. Не смотрите на сроки и цифры, смотрите на собственного малыша. Он ждет вашей любви, и именно вы — его главный врач и главный защитник».
Статья по теме Доктор заявила: эти дети – трупы. Семья в Уфе воспитала чемпионов параспорта — Чем абилитация, которой вы занимаетесь, принципно отличается от реабилитации? И почему так важно начинать эту работу с самых первых дней жизни, особенно с недоношенными детьми?
— Реабилитация — это восстановление утраченных функций. Сломал ногу — проходи реабилитацию, чтобы опять ходить.
Абилитация — это формирование способности к чему-либо с нуля. Для многих наших детей нечего «восстанавливать», функция (к примеру, правильное движение, речь) еще не была сформирована. Мы не восстанавливаем, а помогаем ей появиться.
Мозг ребенка в первый год жизни — это самый пластичный спец материал. В нем ежесекундно образуются миллионы нейронных связей. Если есть повреждение, мозг можно «перенастроить», сделать новые связи в обход поврежденных. Чем раньше начать, тем выше шанс, что мозг компенсирует проблему. Ожидать до года, трех, пяти лет – значит упустить это уникальное «золотое время». В особенности это касается недоношенных детей, чье развитие идет по особому графику.
— Как ваша команда поддерживает и учит родителей, для которых рождение особенного ребенка стало неожиданным испытанием?
— Мы выстраиваем систему помощи по принципу «конверта». Сначала мы окружаем семью в больнице: помогаем с оборудованием, консультациями. Если надо, включается фонд, который помогает с оплатой необходимых процедур и лекарств. После выписки подключается наш центр. Тут с родителями и ребенком работает мультидисциплинарная команда: невролог, реабилитолог, массажист, специалист по кинезиотерапии, психолог. Мы не просто-напросто проводим процедуры, мы учим родителей как правильно носить ребенка, как кормить, как играть, как развивать. Родитель перестает быть беспомощным наблюдателем и становится интенсивным участником процесса абилитации. А еще у нас есть группы поддержки, где мамы и папы общаются друг с другом, понимая, что они не одни.
Фото: Из личного архива Файрузы Латыповой
— Какую роль в абилитации малыша играет мама, даже если она просто находится рядом и держит его за палец? Насколько важен телесный и чувственный контакт для таких малышей?
— Это не просто «важно». Это лекарство. Метод «кенгуру», когда мать или папа выкладывают голенького ребенка к себе на грудь, — это мощнейшая терапия. Тактильный контакт выравнивает дыхание, сердечный ритм, температуру тела малыша. Эмоциональная связь, запах матери, биение ее сердца – это спецсигнал для мозга ребенка: «ты в безопасности, тебя любят, за жизнь стоит бороться». Мама, которая просто-напросто держит ребенка за палец в кювезе, – это не пассивный наблюдатель. Она проводит сеанс нейростимуляции и психотерапии сразу и для него, и для себя. Тактильный контакт — это основа всего.
