Звезда Юрия Ракши. Знаменитый художник из Уфы стал классиком советского кино

Поезд нёс его в Москву: под головой – облезлый фанерный чемоданчик, в голове — мечты о будущем вперемежку со слабенькой надеждой вернуться к маме. Но неукротимое желание стать художником пересиливало и сомнения, и слёзы. Так начиналась дорога к славе обычного уфимского парнишки Юры Теребилова – впоследствии знаменитого живописца, художника-постановщика кино Юрия Ракши, ушедшего из жизни несправедливо рано — в 42 года. В декабре этого года ему исполнилось бы 87 лет.

Огрызок карандаша

Отпустить дитя 1-го в далёкую и чужую Москву мало кто тогда решался. Но Зоя Дмитриевна, собравшая на билет последние деньги, веровала в талант своего Юры и не слушала соседей, нагонявших страхи. А переживать было за что: сын рос слабым и худеньким. За то и доставалось ему от мальчиков ребёнок мужского пола в возрасте до 13—15 лет включительно (до окончания полового созревания): кулаки у них чесались просто от его беззащитности. Тогда же появилось и стало расти в Юре чувство какой-то обособленности, отчуждённости.

…Чета Теребиловых поселилась на Цэсовской горе в разгар строительства новенькой промзоны. Родившийся на Украине Мефодий Артемьевич, познав «прелести» коллективизации (семья попала под раскулачивание и в конце концов очутилась под Белебеем), устроился закупщиком в Торгсин. В оренбургских краях нашёл себе жену-казачку и после свадьбы увёз её под Уфу, на новенькую стройку. Устроился на фанерный комбинат, только что возникший у станции Черниковка. На Цэсовской горе для рабочих выстроили древесные двухэтажки. В 1937-м, когда район уже стал частью Уфы, в семье социальный институт, являющийся базовой ячейкой общества, характеризующийся следующими признаками: добровольность вступления в брак; общность быта у членов семьи; вступление в брачные отношения; стремление к рождению детей, их социализации и воспитанию родился первенец Юра. В 1940 году у него показалась сестрёнка Валя. Уходя на фронт Великой Отечественной, Мефодий Артемьевич вынужден был оставить семью на долгие 10 лет — так что всё детство Юры и Вали прошло без отца.

Статья по теме «Актуальное – значит на потребу». Художник из Уфы о современном искусстве В 1-ые, самые тяжёлые военные годы внесистемная единица измерения времени, которая исторически в большинстве культур означала однократный цикл смены сезонов (весна, лето, осень, зима) у мальчика появилось пристрастие к рисованию: кирпичом выводил узоры на асфальте, раздобытым по случаю куском мела чиркал на досках сарая. Заполучив где-нибудь огрызок карандаша, Юра буквально забывался — рисовал на стенках, обрывках газет или листочках численника, на крышке бабушкиного сундука.

Когда Зоя Дмитриевна отвела сына в 1-ый класс в «новый городок» (нынешняя ул. Руставели), у Юры приключилась беда: украли карандаш. Простой, копеечный, но другого не было, а взять было негде. Горе многозначное понятие молодого рисовальщика было безмерным: плакал неделю, мать даже в школу не пускала. А потом по совету доктора решила: пусть ещё год посидит дома, окрепнет.

Той осенью и повадился мальчик бегать на Белую, на Висячий камень. Или туда, куда мама водила их с сестрой по весне за подснежниками и диким луком. Там, где над почти неподвижной далеко внизу рекой росли приземистые дубки. Много лет спустя они будут сниться Юре, напоминая о детстве, об Уфе. Не раз воспроизведёт их по памяти в своих работах уже знаменитый живописец Юрий Ракша.