Новости Башкортостана Уфа Стерлитамак Новостной портал Башкирии Уфы Стерлитамака
Самая колоритная женщина во власти в Башкирии в 60-80-е годы — экс-министр культуры республики Клара Тухватуллина. Предки назвали ее в честь известной феминистки, и это будто наложило отпечаток на всю дальнейшую судьбу. Общественное признание, преимущества и успехи сопровождали ее всю жизнь. Её имя вызывало у окружающих трепет. Рассказываем, как жила и работала железная леди башкирской культуры.
Радости и горести юношества
Габдрахман и Фатыма познакомились в конце 20-х в Стерлитамаке. Он — выходец из крестьян, прошедший Гражданскую, она — дочь приказчика, прекрасная и образованная. Парень собирался ехать на учебу в Финансовую академию СССР в Москву, и предложил девушке руку и сердечко, а также перспективу стать женой номенклатурного работника. Против чего Фатыма, конечно, не устояла.
7 марта 1931 году в Москве у них родилась дочь Клара. Допустимо, звучное имя в честь пламенной активистки Клары Цеткин во многом определило характер девочки. Вскоре семья возвратилась в Уфу — отец получил пост замуправляющего Госбанком БАССР. Сняли часть дома на ул. Церковной (сейчас — Худайбердина), у Клары родилась сестрёнка. Жили небогато, и Фатыма отдала дочек в ясли, а сама устроилась машинисткой в Башкирский драмтеатр, который в те годы трудился под одной крышей с оперным.
Клара росла непоседой. Однажды в весенний разлив на Сутолоке она едва не утонула, упав с самодельного плотика. А в пятилетнем возрасте и совсем чудом уцелела в теракте.
«Мы с бабушкой ехали на поезде в Стерлитамак, я сидела у неё на коленях, — приводит воспоминание Клары Габдрахмановны уфимский литератор Галина Фадеева. — И вдруг — толчок, вагон накренился и упал набок… Помню, качусь по гравию лицом вниз, кровь капает… Очнулась я в санитарном поезде, где нам оказывали помощь. Чуть позже узнала: это было, как тогда говорили, «вредительство» — подрыв железнодорожного полотна».
В 1941-м Габдрахмана мобилизовали, и семье пришлось с лихвой узнать голод и нужду. А в 1942-м, когда он погиб, по словам Клары Габдрахмановны, закончилось их с сестрой детство. После упражнений (сёстры учились в 3-й школе) девочки бежали к маме в театр. Здесь, в подсобке, на керосинке Фатыма готовила обед, тут же, за столом, застеленным афишами, сёстры делали уроки, позже с интересом наблюдали репетиции, а нередко и засыпали под стрёкот пищушей машинки. А уж если кто-то из артистов давал гостинец, радости не было предела!
Фатыма брала дополнительную работу, но накормить дочек досыта не могла. А когда прямо на уроке Клара свалилась в голодный обморок, женщина решилась на крайний шаг. Как пишет Галина Фадеева, уезжая на отработку в колхоз, где можно было поменять вещи на продукты, Фатыма положила в сумку колоду карт. А через несколько дней привезла в ней… картошку, лук, творог, молоко, белоснежный хлеб и муку. «Это ты в карты выиграла?» — изумлённо спросила Клара. «Как ты могла так подумать? Я людям надежду даю… на доброе, на Победу», — ответила Фатыма. Это было правдой. Её просили погадать: жив ли сын, брат, муж, когда придёт весточка с фронта, когда завершится война.
В 1943 году жизнь стала полегче: за перевод на башкирский язык пьесы Хабибуллы Ибрагимова «Башмачки» Фатыме выдали приличный гонорар, а впоследствии она получала его с каждой постановки.
