Плавали — знаем: очевидцы поделились историями о паводке в Башкирии

Фoтo: ugz-ufa.ru Пaвoдoк в Бaшкирии в этoм гoду, пoxoжe, ужe дoстиг кульминaции и плaвнo нaчaл двигaться в рaзвязкe «мoкрoгo» сюжeтa. Кaк гoвoрят стaрoжилы зaтaпливaeмыx уфимскиx рaйoнoв, eсли вoдoxрaнилищa, зaглoтившиe бoльшую чaсть вeсeннeгo пoлoвoдья, нe пoдвeдут, тo мoжнo скaзaть, тo нынeшнee нaвoднeниe рeспубликa пeрeжилa срaвнитeльнo лeгкo, пoтoму чтo вoдa ужe пoшлa нa убыль.
ИСТOЧНИК пooбщaлся с житeлями нaибoлee чaстo зaтaпливaeмыx уфимскиx микрoрaйoнoв – Нижeгoрoдки и Кooпeрaтивнoй пoляны и публикуeт с их выражений правдивые истории о житье-бытье во определенное время наводнений.

В канун паводка в этом году каждое домовладение в потенциально затапливаемом районе навестили представители МЧС, перечли домочадцев, включая стариков, беременных и малышей и проверив наличие лодок. И каково же было их изумление, когда кроме разнокалиберных резиновых, деревянных и моторных лодок, некие аборигены уверенно называли в качестве средств передвижения по воде заборы, плоты, катамараны и надувные матрасы.

В личных архивах неких уфимцев, оказавшихся в разные годы поблизости зон затопления, возможно, остались снимки парочки старожилов, парочками рассекающих водную гладь на катамаране, коий был загодя «позаимствован» в близком парке. Причем мужчина во определенное время водной прогулки степенно потягивал из бутылочки какой-то напиток, а дама держала в руках букет свежесорванной сирени либо черемухи. И это только единственный эпизод из жизни «водоплавающих» жителей затопляемых районов башкирской столицы…

1979 год

«Лично я по паводку даже малость скучаю, — разоткровенничался с нашим корреспондентом обитатель Кооперативной поляны Анатолий Сергеев (имя и фамилия изменены – ред.). – В настоящее время нас затопляетт редко, раз в 10 годов. А раньше, помню, еще когда я был ребенком, в 70-ые и 80-ые годы прошедшего века, с водохранилищами была напряженка, так что нас затапливало пусть не всякий год, но раз в 5 лет, как минимум.

В 1979 году, пока немалая вода неуклонно приближалась к нашему дому, нас с младшей сестренкой с вечера уложили спать на чердаке дома — благо, весенняя пора была скорой и теплой, из-за чего половодье так бурно и нахлынуло. Мы пользовались жутковатой обстановкой и полночи ведали друг другу страшилки, пока не сморил сон. А скоро нас уже разбудили предки, потому что воды в доме стало еще по колено, и она продолжала вмиг прибывать. Мы пересели в лодку и поплыли в доме бабушки с дедушкой, коий стоял на пригорке и пока пребывал в относительной защищенности.

Имущество, конечно, пострадало — благо, предки успели самое ценное убрать на чердак. Собаки и кошки объявили перемирие и достаточно мирно уживались на одной крыше, правда, в различных ее концах. Куры уместились на чердаке сарая, а больше солидной скотины у нас не было. Соседи, державших свиней и корову, соорудили для их помост в сарае, чтобы не доставали до воды.

Пока вода в течение 2-ух недель окружала нас со всех сторон, мы чувствовали себя почти дикарями на необитаемом полуострове: при свечах, с керосинкой, без электричества, без тепла, без телека и радио, не говоря еще про телефоны. Питьевую воду успели дальновидно накачать в нескольких 50-литровых флягах,   старались расходовать ее очень экономно. Макарон, гречки, тушенки, сгущенки, сухарей и тому схожих продуктов тоже накупили заблаговременно. Этим и питались. На сушу выбирались в основном всего лишь за хлебом — в магазин, коий перебазировался на дамбу, к мосту. Предки были в отпуске, нам в местной школе устроили каникулы, иногда возникало ощущение, что во всем мире про нас вообщем забыли.

Основным нашим развлечением было катание на лодке по затопленным улицам. Особенным шиком у ребятни считалось подплыть ближе к чужому забору на моторке и позже как можно резче завести ее с пространства, так что столбы забора выскакивали из размякшей земли и всплывали. Но этим разрешено было заниматься только без родителей. А когда мы плавали в их компании, то такие прогулки преобразовывались в достопочтенный «променад». Знакомые приветствовали друг друга, проплывая мимо, обменивались местными новостями.

По вечерам мы всей семьей восседали на крыше и лузгали семена, рассматривая проплывающие мимо сортиры, заборы, гаражи и двери и пытаясь угадать, кому они принадлежали ранее и успеют ли прежние хозяева спасти собственном имущество, прежде чем больше шустрые конкуренты выловят его и распилят на дрова.

Вообще все пацаны считали крутым занятием купание в мутной воде, хотя предки за это жестко наказывали, фактически вода смывала с различных свалок господь весть какой вредный мусор. Но уследить за шпаной было очень сложно. Так что родителям оставалось всего лишь наказывать нас, мальчишек, если мы появлялись дома с посиневшими после купания губками. Чтобы этого не случилось, мы после купания загорали на лодке и появлялись домой всего лишь после того, как   обсохнем и согреемся. Но предки все равно догадывались про купание по влажной одежде.

Мы с приятелями пробовали несколько раз половить рыбу на удочки с крыши, но так ни разу ничего и не изловили, хотя другие ребята хвастались, что вытаскивали чуток ли не щук. Думаю, что они привирали.

Моя сестренка в детстве желала стать циркачкой. И мы часто всей семье со хохотом наблюдали, как наша 6-летняя «певица» скакала по широкой доске, которую положили меж крышей сарая и перилами веранды, воображая себя канатоходкой. Доску эту от воды отделяли всего лишь каких-то полметра, сестренка искусна плавать, так что мы особо не переживали, что она могла свалиться в воду. Когда вода ушла, оказалось, что доска высится над землей почти на два метра. Помню, я предложил сестренке повторить «канатоходские» номера, какие она нам показывала во определенное время наводнения, но он с страхом отказалась.

Когда вода ушла, начались грозные будни. Школа тоже значительно поплавала, так что занятия возобновились там не сходу, а недели через две-три после отступления стихии. Дома пришлось поработать – нужно было помогать родителям наводить порядок на участке и главное – приводить в обычное состояние дом. Почти половину лета, пока стенки в нашем доме высыхали, мы прожили у бабушки с дедушкой, какие нас баловали и помогали скрыться от родителей, когда те желали призвать нас «на трудовую вахту». К счастью, сделать ремонт в доме посодействовали коллеги отца из стройконторы, тогда были остальные времена, люди умели поддержать друг друга. А приобретенной страховки за промокший дом чуть хватило на краску и обои».

2001 год

36-летняя жительница уфимского микрорайона Нижегородка Тамара Макарова (имя и фамилия изменены – ред.) призналась, что лучше всего лишь запомнила наводнение 2001 года. Оно оказалось насыщено целой вереницой забавных ситуаций.

«В денек, когда пришла вода, я ушла на работу по сухой дорожке, точно зная, что до дома придется еще добираться, как минимум, по колено в воде. На работе поведала, что меня ждет вечерком, и тут, на мое счастье, мой начальник – конкретный охотник, сказал, что у него в багажнике лежат болотные сапоги, какие он может мне одолжить на определенное время паводка. Он даже довез меня до моей остановки и не без наслаждения наблюдал, как я, задрав юбку, влезла в высокие сапоги 46 размера и, подцепив их края, побрела к собственному дому. Дом наш стоит на возвышении, так что лодка пока уже не была спущена на воду, и повстречать меня вплавь родственники не могли.

Вода в тот год к нам в дом не зашла. Не хватило практически 30 см до уровня пола, так что, в отличие от соседей, чей дом стоял в низине, мы жили, практически как нормальные люди, спали в кроватях, а не на чердаке.

Мой младший братишка, как и остальные пацаны, нашел себе подработку – подвозить на лодке за 10-20, а то и за 50 рублей (в зависимости от времени суток и погоды) местных обитателей до дома. Но в один прекрасный момент, когда я сама вернулась из городка домой, дозвониться до братишки по телефону не смогла. И поплыла домой на лодочке соседского мальчика лет 12-и, сторговавшись с ним за 20 рублей. В тот денек единственный раз за вообще все паводковые годы состоялось мое «водное крещение».

Мы подплыли практически к самом крыльцу нашего дома, и я собралась выскочить из лодки, когда молодой «гондольеро» вдруг зачем-то двинул веслами. Лодка покачнулась, я растеряла равновесие и рухнула в воду с головой. На шум выскочили родственники и посодействовали мне выбраться из воды на ступени крыльца. В процессе спасения я растеряла одну туфлю и очки с носа. Невезучий юный извозчик тем временем еще активно работал веслами метрах в 100 от нашего дома, благоразумно не став добиваться с меня плату за проезд.

Переодевшись и смыв с себя опилки и остальной мусор, обильно плававший вокруг нашего дома, я вышла на крыльцо и как сестрица Аленушка присела на ступень, мысленно оплакивая свою прекрасную туфельку-утопленницу и новые очки с диоптриями, без коих чувствовала себя неполноценным человеком. То ли в шуточку, то ли всерьез мать посоветовала помолиться водяному, чтоб он вернул мои утопленные вещи. Чем я фактически и занялась, горестно вздыхая каждую минутку.

И вот не прошло и 5 минут, как случилось волшебство! Сначала из-под крыльца выплыла каблуком ввысь моя туфелька. Я схватила ее и, прижав к груди, не веря собственному счастью, робко попросила водяного для полного счастья возвратить мне еще и очки. И здесь из-под крыльца на фанерке выплыли очки!

С тех пор я взяла за правило не доверять незнакомым водителям ни на суше, ни на воде, поэтому что, как говорится, на водяного возлагай надежды, а сам не плошай».

Источник: proufu.ru