«Квартира» на мусорке. Бездомные обустроили жилье у контейнеров во дворе

Во дворе дома в центре Уфы пара бомжей, мужчина и женщина, обустроила себе жилье на мусорной площадке. Жильцы в ужасе: по их словам, у «соседей» в одном месте и кухня, и туалет, и брачное ложе. И ведут они себя агрессивно: пугают детей и мешают работе коммунальщиков. Постояльцы мусорки в ответ утверждают, что никого не трогают и жалуются на жестокость окружающих. По факту жалоб их уже увозили в полицию, но скоро они вновь возвратились «домой». И выгнать их окончательно никак не могут.

«Их все боятся»

Мусорная спецплощадка во дворе дома №7 на ул. 50 лет Октября в Уфе огорожена темно-зеленым шифером. Вдоль ограждения, под деревом, раскиданы «домашние вещи». На стуле с стальными ножками наполовину завернут в большой мешок зеленый матрас. Левее в углу — маленькие пожитки, сваленные в одну кучу: обувь, пакеты, сумки. Нижняя ветка на дереве выполняет функцию вешалки — на нее накинута фиолетовая куртка.

Фото: АиФ/Наталья Кузнецова

Совершенно недавно, рассказывают местные жители, тут вообще был целый «дом». Но на днях по их жалобам приехала полиция и увезла парочку в участок. Как рассказали ufa.aif.ru в МВД Башкирии, мужчина был оштрафован за появление в общественном месте в пьяном виде. Женщину передали соцработнику для размещения в Республиканском центре социальной адаптации «Переправа». А пока с «собственниками» жилища под открытым небом работали правоохранители, во дворе срочно провели «расселение».

— Разобрали, что смогли, но на данный момент они вернулись, и сделать больше ничего нельзя, — жалуется работник местного ЖЭУ, который стоит у хозпостройки с боковой стороны от мусорной площадки. — Они агрессивные, матом кроют, было дело — с ножиком кинулись, подойти невозможно.

— Их все боятся просто физически, — подтверждает жительница дома №7 Альбина Акбашева. — Это все длится с лета. Развели вонь, грязь, ругаются матом, пугают наших детей, мешают вывозить мусор. И испражняются тут же, и обожают друг друга, когда темно — чего мы тут только уже не видели. И  ничего сделать не можем. Полиция приехала, а что толку? Сегодня они снова здесь, и к ним подойти страшно.

Разобрать вещи до конца не успели.Фото: АиФ/Наталья Кузнецова

«Нас обтырили!»

На тех, кто не претендует на их имущество, бомжи реагируют, видимо, не столь резко. Хотя и общаться поначалу, мягко говоря, не настроены. В куче мусора около переполненных контейнеров 56-летние Денис и Ольга отыскивают стеклянные бутылки и картон. Это их единственный источник дохода.

— Чем воровать, уж лучше так! Зато своим трудом заработано! — гордо утверждает женщина.

Время на часах почти обеденное, но бездомные признаются, что с утра еще ничего не ели. Последние 40 рублей Ольге пришлось издержать вчера, чтобы добраться «домой» из центра для бездомных, где она провела сутки.

— Телефон, уберите, пожалуйста! — практически вежливо говорит мужчина.

— Уходите вообще, не надо нам тут журналистов! — вспыхивает дама. — Знаем, были, потом полиция, нас закрыли, а тем временем обтырили! Ладно бы вещи, фактически всю еду забрали — консервы, тушенку, чокопай! Есть больше нечего! С ножом мы кидались? Да что за ложь! Нам что делать больше нечего! (факт нападения с ножом, кстати, в полиции действительно не подтвердили – Авт.). А что в нас мальчишки то камнями, то яичками кидаются, почему об этом никто не говорит?

"Дом" на мусорке до "расселения".Фото: АиФ/ Альбина Акбашева

Жертвы риэлторов

Лишь минут буквально через 15-20 бездомные потихоньку смягчаются и начинают рассказывать о себе. Как и всех, кто опускается до жизни на улице, их можно обвинить, а можно по-человечески пожалеть.

Денис и Ольга живут совместно давно. Когда-то у них была однокомнатная квартира на ул. Владивостокской, она принадлежала деду Дениса. Пожилого родственника, по словам Ольги, обвели вокруг пальца риэлторы. На девятом 10-ке лет он подписал дарственную на неизвестных лиц. Бездомная женщина утверждают, что одновременно был подписан и договор ренты, но внук деда и его сожительница все равно почему то оказались на улице. Какое-то время жили в заброшенном жилье. Потом устроились дворниками в ЖЭУ № 19, их пустили жить в подвал. Сначала было терпимо, а потом просто прекратили платить зарплату. Потом начальство якобы заявило, что дворники не делали свою работу, и Денис с Ольгой снова оказались на улице. Они утверждают, что готовы работать, но сейчас это нереально — личные документы утеряны.

Общих детей у Дениса и Ольги нет, но у каждого есть собственные. Ольга призналась, что ее сын живет в одном из крупных городов Сибири и учится на юриста «или уже закончил». О обстановке, в которую попала мать, сын даже не знает, потому что та, по ее собственным словам, не хочет «ронять его авторитет». У дамы также жива мать, она живет в однокомнатной квартире в Уфе, но дочь к ней не идет, потому что не хочет быть обузой.