Новости Башкортостана Уфа Стерлитамак Новостной портал Башкирии Уфы Стерлитамака
Она предназначила музыке всю жизнь: стояла у истоков башкирской вокальной школы, взрастила плеяду оперных звёзд и практически до 90 лет преподавала в Уфимском институте искусств. «Школа Муртазиной» — гордо представляются её ученики. 27 мая Миляуша Галиевна отмечает столетний юбилей. Предлагаем читателю выдержки из её интервью разных лет.
Досье Миляуша Муртазина. Родилась в 1926 г. в д. Бакай Уфимского кантона БАССР (сейчас – Кушнаренковский район). Окончила национальную студию при Уральской консерватории и Казанскую консерваторию. С 1954 г. – педагог Уфимского училища искусств, с 1973 г. – Уфимского института искусств. «Заслуженный работник культуры РСФСР», «Заслуженный деятель искусств РСФСР», кавалер ордена Салавата Юлаева и медали ордена «За награды перед Отечеством». «Почётный гражданин города Уфы».
Детство и юность
«Как говорила мама, я с детского сада всё время что-то напевала, — ведает Миляуша Галиевна. — Мы жили на улице Аксакова, 14 — зелёный дворик, импровизированная сцена в сарайчике, мой 1-ый опыт артистки: по радио услышу песню, арию из оперетты — тут же повторяю. Ещё помню: лет семь мне было, мне приобрели сандалии. Играя в классики во дворе, сняла их. А их украли… В те тяжёлые годы это была трагедия. Но мать меня не ругала. Детство моё было босоногое, но счастливое».
…Ей не было и 16, когда она пришла на эвакуированный из Москвы авиазавод №161. В военкомате на просьбу выслать на фронт Миле, как и другим подросткам, сказали: вы нужнее на производстве. Девчонки и мальчишки, работавшие по 12-14 часов, несли на собственных плечах основную тяжесть работы в тылу.
Особенно тяжела была ночная смена: ближе к утру сон оплетал тело и сознание. Выручала песня: «На сопках Маньчжурии», «Синий платочек», народные мелодии… В обеденный перерыв звучал баян, заводчане пели, танцевали. А лучше всех — Мила. Её называли «наш соловей» и просили петь ещё. Люди, 400 граммов хлеба и музыка – всё это посодействовало ей выжить, работать, да ещё и петь в госпиталях.
«На заводе работали в основном москвичи – культурные, интеллигентные люди. Хотелось соответствовать им, — вспоминает Миляуша Галиевна. — Во время войны на улице Гоголя была оперетта. Прогуливалась туда чуть ли не каждый вечер. Не уставала напевать арии Сильвы, Марицы…»
Выбор изготовлен
«После войны завод дал мне направление в авиационный институт, и меня приняли без экзаменов, — продолжает Миляуша Галиевна. — А тут узнаю: идёт набор в башкирскую певческую студию при Свердловской консерватории. И я круто повернула туда: а вдруг? Спела песню из фильма «Сердца 4» — и приняли»!
Сменив за первый курс двух педагогов, перевелась в Казанскую консерваторию. В итоге за пять лет по ряду причин пришлось учиться у пяти педагогов! Начала как меццо-сопрано, а закончила как сопрано. В годы учёбы заработала парез связок, молчала 4 месяца.
Новость по теме В Уфе отметят 100-летие известного педагога Миляуши Муртазиной И вот распределение. Из Уфы заявок нет, выбрала Иркутск. Уже заказан билет, назначен день отъезда… И тут на улице случаем встречаю Халика Шакировича Заимова, председателя Союза композиторов. Узнав о моих планах, возмутился: «Иркутск? Тут необходимы кадры, в училище национальных педагогов нет!».
Повел меня к министру культуры, позвонили в Москву, в Иркутск… Так я осталась в Уфе. В театр не пошла: не хотелось петь — и всё. Правда, участвовала в концертах и не раз слышала, что мне нужно петь в театре. Но я помнила состояние, когда мне пелось, когда это был полёт, радость, а не труд… Такие вот последствия перехода из рук в руки 5-ти педагогов…
Любимые и благодарные
«Утешение нашла в педагогической работе, — продолжает Миляуша Галиевна. — У моей 1-ой ученицы обнаружили патологию голосового аппарата, но врач сказал: если заниматься, есть надежда. Трудились много, и она окончила училище на «отлично». А обо мне пошла слава: Муртазина с проблемными может заниматься. И стали мне таких направлять».
Я стала 1-ым национальным педагогом вокала. Когда приезжали ребята из районов, считалось, что они горловики, с ними трудно работать. Куда направлять? К Муртазиной!
А какие посреди них были одарённые! Нажия Аллаярова… Считаю, второго такого голоса до сих пор нет: чистый, как горный ручей, как колокольчик… После меня обучалась в Гнесинке, 25 лет работала в нашем театре. Ильфак Смаков… После второго курса его хотели отчислить как профнепригодного: он форсировал голос, стала мучиться интонация, появилась фальшь. Попросился ко мне, я взяла. Ильфак оказался настоящим самородком — красивый высокий баритон. На выпускном экзамене всех поразил: вышел невзрачный, щупленький парень, а как запел… «Поставьте к его «пятёрке» мой плюс», — произнес председатель комиссии, профессор Московской консерватории Фихтенгольц.
Статья по теме «Гаджеты – не угроза». Педагог — об уроках с детками поколения «альфа». Салават Аскаров… С ним интересно сложилось. Полгода проучился — исключили, у него были сплошные хрипы. Захотелось посодействовать ему, и я отстояла Салавата перед директором училища. Видимо, уже азарт был: хотелось доказать, что могу невозможное. И смогла! После училища Салават трудился в нашем театре. Однажды солист из Польши пел у нас Мефистофеля, а Салават — партию Вагнера. Назавтра прибежал ко мне с пылающими глазами: «Поляк после спектакля воскликнул: разве в Уфе есть педагоги, которые могут так учить?!».
К огорчению, многие певцы теряли себя, изменив направление. Но большинство продолжили линию, которую я им наметила. Может, потому они — самые благодарные… Вот Радик Гареев всегда повторял: «Миляуша Галиевна, да вы же меня сделали, у меня же голоса не было!». Да, в 15 лет у него шла мутация, было лишь большущее желание петь и музыкальное чутьё. С ним нельзя было работать. Он уехал в свой Янаул, экстерном закончил десятилетку, вернулся, и я начала ставить ему голос. Как он раскрылся потом! Есть хорошие голоса, даже лучше, но такового сочетания с душой… Столько природа заложила в него… Второго Радика нет, это уникальное явление.
Звёзда Абдразаковых
«Помню, Загир Гарипович Исмагилов привёл ко мне Аскара, попросил: «Сын почетаемых людей, возьмись за него», — вспоминает Миляуша Галиевна. — Я боялась, всё-таки заслуги его родителей накладывали большую ответственность. Но кроме таланта Аскар проявил завидную работоспособность и дисциплину. Уже в студенческие годы он взял первые премии и Гран-при интернациональных конкурсов. Когда Аскар окончил институт, звезда оперной сцены Ирина Константиновна Архипова предложила взять его в аспирантуру, под своё управление. Это общение дало ему очень многое».
Знакомство Муртазиной с младшим Абдразаковым состоялось, когда Ильдару было 15 — к собственному педагогу его привёл старший брат.
Новость по теме Физрук сельской школы в Башкирии вошел в топ-10 наилучших в России «Материальность его голоса была весьма условная, рекомендаций для поступления на вокальное отделение я не давала, — вспоминает Миляуша Галиевна. — Но когда после окончания школы Ильдар пришёл поступать на подготовительное отделение УГИИ, приёмную комиссию сразили его яркие внешние данные и хороший слух. Поначалу Ильдар не особо стремился к музыкальной карьере, видимо, просто-напросто пошёл по стопам Аскара. Первые полтора года были очень трудными. Но Ильдар проявил себя работоспособным и, безусловно, даровитым. Вообще, оба брата много работали над собой, что и сделало их звездами первой величины. Помнится, художественный управляющий Ла Скала Риккардо Мути сделал Ильдару комплимент: «Поёте, как истинный итальянец. Очень хорошая школа»».
Прогуливались слухи, что я выбирала учеников. Это не так. Просто мне везло: присылали проблемных, а они оказывались талантами. А иногда наоборот: со временем понимала, сколько сил зря издержала на тех, кого не надо было учить.
Горький опыт
«Учась в консерватории в Казани, я влюбилась в Николая Гусева — он обучался на два курса старше, обладал красивейшим тенором и мне казалось, что ничего лучше быть не может, — говорит Миляуша Галиевна. — Он дружил с однокурсницей Тамарой. Но когда мы познакомились, произнес ей: «Я должен петь Германа, и мне нужна именно Мила». Мы гуляли по городу, он пел мне «Пиковую даму» от начала до конца. Я млела… По окончании консерватории он уехал в Уфу, в оперный театр. Я осталась в Казани, дико скучала, а он звал: «Приезжай!». Когда разлука стала невмочь, решила бросить консерваторию. К счастью, проректор Владимир Александрович Апресов отговорил от этого шага. В каком состоянии я заканчивала учебу — другой вопрос. А Николай в Уфе повёл себя непорядочно… У меня были такие переживания, такое огорчение, думала — не выживу. После того много лет мужчин видеть не могла. Кто только за мной не пробовал ухаживать, никому не верила, никто не нужен был…»
Личное счастье
И только когда мне было уже за 30, встретила Льва Александровича Головизнина. По профессии он был геологом, жил работой, управлял крупной разведывательной партией, всё время в разъездах. Для своих сотрудников добивался квартир, зарплат, а до своей семьи руки не доходили. Ничего вещественного мы не нажили. Распад СССР он переживал как трагедию. Ему говорили: «У вас была техника, материалы, вы могли бы выстроить дом, дачу. Почему не воспользовались?». Он отвечал: «Я коммунизм строил!». От музыки, искусства Лев Александрович был далёк. Но мы прожили очень много лет, любили и уважали друг друга, вырастили сына Владислава и дочь Лейлу. Я вспоминаю Льва Александровича с нежностью, теплом и благодарностью за то, что он привил детям благородные свойства.
…Сегодня я с чистым сердцем могу признаться, что никогда не совершала непорядочных поступков, была одержима работой, была искренней, правдивой, очень много времени, порой в ущерб семье и детям отдавала общественным делам.
В жизни я никогда ничего не просила — ни званий, ни почестей, ни квартир. Всё это мне досталось как само собою разумеющееся. Правда, когда мы три семьи жили в одной квартире, я обратилась к Муртазе Губайдулловичу Рахимову с просьбой выделить однокомнатную квартиру. Отклик был моментальный, проблема решилась.
Я рада, что мой труд замечали, и все свои звания принимаю как заслуженные. Радуюсь, когда незнакомые люди при встрече здороваются, улыбаются. Мне не постыдно смотреть в глаза никому из них.
